Вопрос «что такое работа от ситуации?» на первый взгляд кажется простым и понятным, на самом деле он очень сложен, а разобраться с ним, для понимания русского рукопашного боя, крайне важно. Не менее важно, чем разобраться с тем, что такое «работа по принципам», о которой  мы уже писали. Обычно под работой от ситуации подразумевается следующее: противник сокращает дистанцию, боец её разрывает, противник хватает боец, освобождается от захвата, противник бьет, боец блокирует, противник открыл живот,  ему наносится удар в живот, голову в голову ну и т.д. Другими словами, боец  реагирует на то, что происходит вокруг него. Такой подход к построению боя называется реактивным (от слова реакция, т.е. ответ). В этом случае боец играет пассивную роль, даже если он бьёт первым, противник предварительно  подставляет то место, куда  выполняется удар.
   Тактически такой способ построения боя реализуется главным образом в работе от обороны, сначала выполняется защита потом контратака.  Т.к. активная защита подразумевает сокращение дистанции и вступление в контакт с противником (например, при блокировании), то в качестве ответных действий становится эффективной бросково-заломная техника (из-за близкой дистанции), а ударная приобретает вспомогательный характер.
   Чтобы быть максимально результативным, способ ведения боя построенный на реагировании, требует особого состояния сознания, это пустое, ничем не заполненное сознание, являющееся идеалом для большинства восточных,  и не только, единоборств. Вот несколько строк из фундаментальной работы А. Маслова посвящённой японским боевым искусствам «Воины и мудрецы страны восходящего солнца»: «"Очищенное сознание” становится «отполировано-гладким», не случайно такой непоколебимый покой духа дзен-буддисты сравнивали с чистым зеркалом и стоячей водой. Именно отсюда в самурайские боевые искусства, а затем в карате пришли знаменитые принципы «разум, как поверхность озера» (мицу-но кокоро) и «разум, как ровный свет луны, [что равномерно освещает все предметы вокруг, не задерживаясь ни на чём]» (цуки-но кокоро)». Ещё отрывок из той же книги: «В таком состоянии «спокойного и чистого сознания» человек реагирует на мир непосредственно и естественно. Он не продумывает свои действия, не размышляет над ними, но лишь как эхо откликается на происходящее». Обратите внимание на фразу «он не продумывает свои действия» такой подход привёл японскую воинскую традицию к отсутствию тактического подхода к ведению боя. В работе Оскара Рати и Адель Уэстбрук «Самураи»  читаем следующее: «Феодальная Япония, подбно феодальной Европе не сумела основать собственную военную науку(Witfogel, 199)».  Далее из той же книги: « Великий учитель кендзюцу, Ямаока Тэссю, советовал: «Отбросьте в сторону все планы и бросайтесь  в атаку, когда увидите, что ваш враг заносит меч у себя над головой (Harrison, 130-131).»
     Отсутствие тактического подхода к ведению боя самураи компенсировали высочайшей физической и технической подготовкой, предельной решительностью и отсутствием страха смерти. Это имело свои последствия. Опять обратимся к книге Рати и Уэстбрук: «Очевидно, что любой человек, который подобно буси полностью примирился с идеей собственного самоуничтожения, способен превратится в необычайно опасного воина, всегда готового отдать свою жизнь на поле боя. Получив приказ от своего непосредственного начальника, любой буси, достойный носить такое звание, должен был исполнять его без секундного колебания. Поскольку его противник обладал такой же абсолютной преданностью, то их поединок обычно превращался во взаимное убийство. Потому в крупномасштабных сражениях военачальник часто был вынужден полагаться не столько на доблесть своих воинов, сколько на их численность или, в исключительных случаях, на собственный талант стратега – область, в которой, как мы уже отмечали ранее, достигли высот лишь немногие из японских лидеров… 
    В этой связи интересно отметить, что многие поединки в феодальной Японии заканчивались «взаимным убийством» (Suzuki, 192) и что доктрина ай-ути, или обмена ударами, была общепринятым принципом фехтования, принципом, который позволял многим отчаянным фехтовальщикам устранять более опытного противника, даже если они сами при этом не могли сохранить свою жизнь».
    Настроенность японских фехтовальщиков на реагирование, а не активное управление ситуацией в своём экстремальном проявлении приобретала  соответствующую  форму. Наверно многие интересующиеся восточными единоборствами читали истории о том, как на поединок выходили два фехтовальщика, обнажали свои мечи, занимали исходные стойки и…  замирали в ожидании. Всякий раз, когда один из них менял стойку на другую, его противник соответствующим образом изменял собственную  позицию. И так продолжалось часами, потом оба бойца понимали, что они обладают равным мастерством и мирно расходились.  Такой поединок с точки зрения европейского фехтования вряд ли можно было бы признать мастерским, но восток дело тонкое, однако. Самураи сформулировали правило, которое сегодня ещё можно встретить в айкидо, дзюдо и карате: «Проигрывает тот, кто первым начал бой». [Взято, из ранее упомянутой книги А. Маслова].
    Принцип реагирования  в восточных единоборствах в наиболее полной форме реализован в айкидо, единоборстве, в котором отсутствует атака, а вся работа сводится к защите и контрдействиям. Русским айкидо называют систему Кадочникова (СК). В СК, а также некоторых других системах относящих себя к русским стилям рукопашного боя, используется тот же самый, что и на востоке рефлективный подход к построению боя. В первую очередь это выражено в принятой в этих системах методике подготовке бойцов. Основой её является свободная медленная работа, в которой один боец нападет, каждый раз меняя способ атаки, другой защищается и контратакует. Предполагается, что такой метод тренировки формирует у бойца навык эффективного реагирования и ответа на любую атаку. Насколько такая методика обоснована и результативна мы подробно обсудим дальше по ходу статьи.
     В СК свой подход к построению боя обосновывают исторически и даже «научно». В книге Ретюнского А. (ученика  Кадочникова)  «Русский стиль рукопашного боя. Стиль Кадочникова» читаем следующее: «Стиль ставший основой в краснодарской школе, ведёт свою родословную от В.А. Спиридонова. Этот стиль прошёл испытания войной, но сегодняшним уровнем во многом обязан А.А. Кадочникову». Далее читаем, что написано про систему Спиридонова: «Система Спиридонова во многом напоминала айкидо. Тот же основной принцип - не мешать противнику атаковать, а в определённый момент нейтрализовать, использую его же собственную силу. Ударная техника при этом не исключалась, но тактика поединка строилась исключительно от обороны…
     В системе Спиридонова вообще нет атаки как таковой, и соответственно психика настроена лишь на ответное действие. В то время как бросок или же удар чаще всего настраивает на атаку». Как видно озвучены те же идеи что и в айкидо, но вот насколько они обоснованы ссылками на  бывшего офицера русской армии Спиридонова, и обоснованы ли они вообще, мы разберём далее.
   Скажем так, «научное» обоснование принятого в СК реактивного подхода к ведению РБ мы находим в книге А.А. Кадочникова и М.Б. Ингерлейба «Специальный армейский рукопашный бой. Система А.А. Кадочникова»: «Двигательная деятельность животных и человека, в том числе произвольная, представляет собой систему безусловных и условных рефлексов на раздражения из внешнего и внутреннего мира, действующих в данное время или действовавших ранее и сохранившихся в нервных центрах в виде следов.
    Таким образом, двигательная деятельность обеспечивается не только работой собственно двигательного аппарата, но и работой органов чувств и центральной нервной системы. Многообразное использование одних и тех же структур двигательного аппарата обеспечивается способностью рефлекторного приспособления движений к текущим условиям среды, т.е. «уравновешивание организма со средой»». В выше приведённом отрывке много что пересекается с восточной натурфилософией, но насколько это соответствует современным научным взглядам, мы ещё подробно рассмотрим.
     Мы рассмотрели реактивный подход к пониманию работы от ситуации, наиболее характерный для восточных и тому подобных единоборств, теперь перейдём к совершенно другому пониманию работы от ситуации, являющейся базовой для русского рукопашного боя и определяющего его как систему. Русский подход к ведению боя, сформулированный ещё А.В. Суворовым, в противоположность к реактивному, является активным. В работе от ситуации боец строит бой не на реагировании и ответе, а активном управлении ситуацией, выбирая методы управления в зависимости от складывающейся обстановки. При  этом умение реагировать на внезапные действия противника никто не отменял, но это вспомогательные действия потребность в которых возникает, если боец совершает ошибки. Задача управления ситуацией требует от бойца развития соответствующих качеств и навыков (активности, инициативности, умения предвидеть действия противника и планировать свои действия). В техническом плане активный подход строится на использовании преимущественно ударной и заломной техники, броски являются вспомогательными действиями. Основой тактики ведения боя является атака, даже защищаясь, боец должен атаковать. Активный подход к ведению боя требует совершенно другого состояния сознания, оно должно быть не пустым, а заполненным образом потребного будущего, направляющего действия бойца.
      Принцип активности в русском боевом искусстве коротко и ясно сформулировал Суворов А.В. в своей науке побеждать – «глазомер, быстрота, натиск».  Он же дал одно из важнейших условий для его реализации - «каждый воин должен понимать свой манёвр», т.е. сознательное отношения к делу. Другими словами, просто повторяя движения за тренером по русскому рукопашному бою не выучиться, каждый боец должен понимать, что он делает и почему он это делает. В качестве иллюстрации основополагающей роли принципа активности в РРБ приведу выдержки из книги, созданной на основе опыта великой отечественной войны, «Физическая подготовка разведчика» К.Т. Булычко: «Приёмы и способы действий на учебно-боевом оружии (уколы, тычки, удары прикладом, магазином, ножом и т.д.) отрабатывать как боевые действия, протекающие с максимальной силой и быстротой, в соответствующей тактической обстановке. При выполнении этих приёмов развивать у бойца наступательный дух, стремление первым обнаружить, напасть на противника, первым произвести выстрел, бросить гранату, нанести укол, тычок или ударять прикладом, первым захватить оружие противника, выбить у него оружие и уничтожить врага или привести его в бездеятельное состояние. Защитные приёмы и действия изучать после наступательных.
      …При обучении приёмам боя и бою на палках с мягким наконечником особое внимание обращать не на детали спортивной техники  отдельных приёмов, а на умение тактически грамотно вести рукопашную схватку, на развитие у бойца инициативы, быстроты действий, настойчивости, упорства в бою, выносливости и пренебрежения к болевым ощущениям.
      А сейчас  вернёмся к системе Спиридонова  (ССп) которая в разное время носила названия САМ, САМОЗ, САМБО и утверждению о том, что в ней «нет атаки как таковой».  Сначала несколько слов о самой системе. Она была разработана для нужд НКВД, с главной задачей не уничтожения, а захвата противника. В связи с тем, что русский рукопашный бой всегда был по природе армейским, т.е. нацеленный на уничтожение противника, основу технической базы ССп составили приёмы, взятые из джиу-джитсу. Системно она была выстроена на принципах лежащих в основе русского рукопашного боя: работа по принципам, переход с приёма на приём,  формирование каждому бойцу индивидуальной системы ведения боя и т.д. В.А. Спиридонов оставил после себя несколько книг, которые были, последнее время переизданы. В своём последнем учебнике (переиздан под названием «Основы самозащиты. Тренировка и методика») Спиридонов пишет: «САМ есть искусство защиты и нападения при минимальном расходовании физической силы с максимальным эффектом в смысле получения именно такого результата, какой необходим для данного жизненного случая».
Обратите внимание, что САМ это защита и нападение, т.е. утверждения, что в ССп не было нападения, не соответствует действительности.